Документы

Документы

Автор: Администратор
Категория:

Глава АСП "Село Кеди" -

Муртазалиев Тагир Тайгибович

Контакты: 8 928 780-71-51

tagir

 

Зам. Главы АСП "Сельсовет Эчединский" -
Саадулаев Магомедхабиб Камилович
Контакты: 8 963 424-26-81

zamglavu kedi

Автор: Администратор
Категория:

 

 
Билалов Гусейн Магомедович - Глава АСП "сельсовет Тиндинский"
Контакты: 8 960 410-56-55
E-mail: Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

 

 

 

Автор: Администратор
Категория:

Кеди – село с самой богатой историей в МагIарухъ (рус. в горах)[2]. И история эта тесно переплетена с историей древнего Хунзаха. Область, где расположено Кеди, принято называть «Ункратль», и находится она на стыке современных границ Грузии, Чечни и Дагестана. Ункратль состоит из земель селений Кеди, Саситли, Сильди, Гакко, Митрада, Н. Хваршины, В. Хваршины, Цихалах и Хушет,и главенствующее место среди этих девяти сел, судя по многочисленным историческим сведениям и местным преданиям, всегда занимало Кеди. Также по свидетельству жителей этой части горного Дагестана, которым когда-либо приходилось побывать в с. Кеди, место, где находится это село, принято считать самым красивым и удобным для проживания. Наверное, поэтому члены ханского дома Хунзаха, переселившиеся сюда когда-то из Хунзаха[3], выбрали местом своего пребывания именно эту равнину среди высоких гор, с альпийскими лугами и удобными путями сообщения с близкими и дальними уголками кавказских гор. Мясо, сыр и масло из Кеди всегда славились во всем округе[4], через горы и ущелья данного села пролегала древняя дорога, соединявшая когда-то Хунзах с, находившейся долгое время под его властью, горной частью Чечни.
С берегов Чанты и Шаро-Аргуна, по течению Хашелдой-ахка вела скотоперегонная и караванная дорога на Дагестан через перевал Ягодак (2952 м)[5].
Этот факт нашел свое отражение и в книге Т. М. Айтберова «Древний Хунзах и Хунзахцы». По мнению историка, одним из могучих, политически активных государств Север¬ного Кавказа в домонгольское время была, как известно, Алания, правящая верхушка которой говорила на староосетинском языке. Уже во второй половине IX в., как это сообщает Ибн Руста, суще¬ствовала дорога, проходившая по территории современной Чечено-Ингушетии, по которой и осуществлялось общение между Сарир¬ской державой и Аланией. К 943 г., как это видно из текста ал-Масуди, между правителями, сидящими в горном Хунзахе и царями Алании, которые, кстати, начиная сVIII в. и вплоть до 932 г., исповедовали православие, существовали «брачные связи, поскольку каждый из них женился на сестре другого»[6].
С окружающим миром Хунзахское плато было связано еще несколь¬кими дорогами, проложенными здесь давно и не утратившими своей роли вплоть до появления автотранспорта. По этим дорогам враги пытались продвигаться к центру Аварии, по ним же проникали туда различные культурные веяния, а с плато распространялось политическое влияние хунзахских правителей, совершались их по¬ходы, распространялся общеаварский язык (бол мацI «войсковой язык»)[7].
По этим дорогам шли посольства хана Аварии в Аланию и Кабарду, а купцы, вступив на Великий Шелковый путь, через Дарьялский проход привозили товары с берегов Черного моря. Центром обмена и торговли внутри Ункратля было селение Кеди, где по воскресеньям собирался базар[8]. Сборшики дани аварскому нуцалу и Казикумухским ханам ходили здесь и с многочисленных сел подвластных им народов, вплоть до Аршты, что рядом с современным Бамутом, и Тушетии, и Кистии собирали разнообразные налоги[9] и отправляли их в Хунзах и Кумух. Есть предание, что часть этих налогов и сборов оседала в с. Кеди и раздавалась между членами семей нуцалов Кеди. А когда влияние Кумуха, потом и Хунзаха ослабевало, эти нуцалы начинали вести свою собственную политику и собранную с подвластных земель подать полностью оставляли себе. Вот, что пишет об этом известный историк Х.-М. Хашаев:
 «В процессе развития феодальных отношений в союзе Ункратль огромную роль играло дальнейшее укрепление власти местных (кедибских) феодальных правителей после смерти Уммахана в 1801 г., укрепление их земельной собственности и усиление тенденции к освобождению от центральной власти (от хунзахских ханов). По этому поводу в одном из архивных документов сообщается: "Селения Кеди, Саситль и Сильди нуцалы Кеди считают своей собственностью, так как земля им принадлежит, и поэтому они получают с каждого двора по одному барану, по сабе пшеницы и по три рабочих дня"[10].
Население Кеди и остальных сел Ункратля по языку и по материальной и духовной культуре практически идентично аварцам. Любопытен тот факт, что ункратлинцы, проживающие в компактно расположенных селениях и говорящие на аварском языке, находятся в окружении аварских джаматов (тиндалы, чамалалы, багулалы, хваршины, цезы) и иных народов (тушинцы, чеченцы).
Проживание ункратлинцев на относительно географически замкнутой территории, среди выше перечисленных джамаатов, вдали от основного ареала обитания авароязычного населения, недвусмысленно указывает на то, что они являются переселенцами. В дагестанской историографии общепринятым является мнение, что Ункратль был одним из "форпостов" Аварского нуцальства[11].  Его история своими корнями уходит в глубокую древность и неразрывно связана с политической историей Аварии[12].

Сотни лет Ункратлем управлял так называемый нуцалчи, находившийся в сел. Кеди. Все девять селений Ункратля платили ему дань. Для решения важных вопросов представители сельских общин сходились в с. Кеди. На этих совещаниях (сходках) обсуждались вопросы о совместных действиях против надвигающейся опасности, решались споры, возникшие между отдельными сельскими обществами[13].
В союз Ункратль сельские общества объединились по территориальному признаку с центральным управлением (подданством нуцалу) в сел. Кеди. Нуцал собирал подати и повинности с каждого села (дань натурой); подданным вменялась в обязанность поставка воинских отрядов и оказание "уважения" нуцалу и его тухуму[14].
Каждое из селений, входившее в состав союза, также имело свое сельское (джамаатское) управление, представлявшее низовую политическую единицу союзов сельских обществ, т. е. со своей территорией, населением, составляющим общество, своими органами управления и обычаями, имеющими сходство с адатами других аварских джамаатов[15].
До истребления аварских ханов (1834 г.) и кедибских нуцалов (1844 г.) в союзе Ункратль управление сельскими джамаатами осуществлялось под руководством (правлением) кедибских нуцалов советами старейшин, а также выбираемыми на год судьями по адату (чIухIби). Число их зависило от величины селения и обычно доходило до семи человек. Назначался кадий - духовное лицо с правом суда по шариату. Ежегодно избиралась и группа исполнителей (гIел), осуществлявшая судебные решения, исполнявшая приказания кадия и старейшин по наблюдению за порядком, за общественными землями, за посевами, за взиманием штрафов. Также с согласия старейшин и кадия назначали рассыльных-глашатаев (мангъуш) на время от одного месяца до года из лиц, желавших занять эту должность. В его обязанности входило оповещать людей о решениях старейшин и кадия, а также проведение в исполнение некоторых их распоряжений и объявление очереди. В каждом селении союза они получали различные вознаграждения[16].
Высшим органом правления союза сельских обществ Ункратля был сход - собрание (данделъи) представителей восьми сельских обществ (джамаатов), созываемых в с. Кеди. На сходах представителей обсуждался и решался широкий круг вопросов, касавшийся всего союза (вопросы политического характера, земельных споров, сбора подати, повинностей и т. д.)[17].
Характерной особенностью развития Аварии в начале XIX в. была децентрализация политической власти феодальных владетелей (хунзахских ханов), рост феодальной фамильной раздробленности. Нуцалы Кеди находились в вассальных отношениях к сюзерену - хунзахскому хану, верховному собственнику всего феодального владения; их земельное право было основано на вассалитете: они несли охранную службу на границе с Тушетией, сопровождали в походах и поездках хунзахского хана. И особенностью землевладения в Ункратле является то, что эти земли были пожалованы дружине (рекIарал) нуцалами за их службу. Представление о принадлежности всей земли хунзахскому хану (верховному правителю) вытекало из представления о нем как о гаранте благосостояния всех его подданных.
Анализ источников дает возможность предположить, что в союзе Ункратль были развитые феодальные отношения, тогда как у багулалов, чамалалов и хваршинцев они находились на стадии становления[18]. Здесь шло выделение феодализирующейся верхушки в Тинди, где в первой половине XVIII в. начал усиливаться сам Денга, а затем и его род. В Хварши также сформировались более сильные и влиятельные фамилии[19].
 Как видно, налицо наличие в Ункратле феодального владения (вотчины) нуцала. Экономической основой вотчины являлась феодальная земельная собственность. Нуцал, будучи фактическим собственником всей общесельской земли, не имел в рамках вотчины-общины земельной собственности, резко ограниченной и отделенной от основной массы этой земли. Земельная собственность нуцала являлась объектом землепользования. И наоборот, вся общесельская земля являлась его собственностью. В отличие от типичной европейской вотчины, которая делилась на домен ("барская запашка") и крестьянские держания, здесь наблюдается включение "барской запашки" в общую массу земельных наделов. Крестьянские (узденские) наделы в Ункратле представляли собой условные феодальные землевладения типа бенефиция[20], первоначально пожалованные за службу и впоследствии перешедшие в наследственное (фамильное) владение типа лена[21], с условием выплаты податей и повинностей, размеры которых были приведены выше[22].
В пределах своей вотчины нуцалы Кеди осуществляли административно-политическую власть, являлись гарантами безопасности жителей и соблюдения норм обычного права и шариата.